Повторю здесь очевидную вещь, которую уже однажды говорил.
Когда разговор заходит о союзе России и Белоруссии, от белорусов часто приходится слышать, что русские не считают белорусов за отдельный народ. В этот момент у обоих сторон возникает когнитивный диссонанс: русские не понимают, в чём их обвиняют, а ущемлённая национальная идентичность белорусов едет по накатанной. Хотя ситуация, на самом деле, предельно прозрачна.
Статистика утвеждает: население Белоруссии составляет около 10 миллионов, что сравнимо с населением Чехии, Сербии, Венгрии, Швеции, Бельгии и Азербаджана. Население в культурном плане довольно однородно. В то же время, население России составляет около 150 миллионов — в 15 раз больше, из них к национальным меньшинствам относятся 30 миллионов — в 3 раза больше, чем всё население Белоруссии вместе взятое.
Эти простые цифры указывают на предельно простое объяснение того факта, что русские не готовы признавать белорусов отдельным народом: русские внутри себя настолько разнообразны и настолько часто видят сограждан другой национальности, что у нас не укладывается в голове, как настолько похожие на нас белорусы могут зваться другим народом. Петербуржцы и архангелогородцы восхищаются Великим Новгородом, но приезжают в Москву и понимают: там другие люди. Северные жители встречают краснодарцев и видят: это те же русские, но немного другие. Ты смотришь на внешность попутчика в купе и думаешь: чеченец, а он оказывается в доску русским астраханцем, да ещё приговаривает: «у нас в отделе одни казахи, один я русский». Культурное разнообразие с севера на юг и с запада на восток настолько велико, что различие с белорусами стремится к нулю, особенно в северных регионах. Но мы в Петербурге не считаем тверичей, сибиряков, хабаровчан или астраханцев другими народами.
Такой расклад непонятен однородным белорусам, которые каждый день встречают точно таких же, как они сами. Им ошибочно кажется, что они-то точно отдельный народ, а русских — при таком разнообразии — как народа не существует вовсе. Упрямо хочется выглядеть такими же равными русским, как сербы или поляки.
Аналогично дело обстоит между русскими и восточными украинцами. Население Украины куда более разнообразно и многочисленно, но в общих чертах делится на западное и восточное/центральное, вторые из которых так же хорошо вписываются в русский контекст, как и белорусы. Удивительно ли, что лозунгом националистов от обоих народов становится тезис: «мы — не русские», и они поспешно открещиваются от общей с нами культуры и исторического прошлого.
Ясно, что выделение белорусов и украинцев из общерусской семьи является естественным процессом и возврата на исходные рубежи уже не будет. Тем не менее, у нас есть отличные возможности для совместного развития: экономического и культурного, которые было бы глупо упускать. Непонятно только, сколько времени потребуется нашим восточно-славянским братьям, чтобы окончательно выветрить псевдо-националистическую дурь из собственных голов, взглянуть в глаза реальности и перестать смотреть на вещи местечковыми глазами. Бытие по-прежнему определяет сознание.